Вапоретто проходит под мостом Академии, и сразу за ним встает гигантское красно-белое палаццо Кавалли-Франкетти (Palazzo Cavalli-Franchetti; реставрация 1870-х годов, фактически новая постройка). Настоящую готику (начала XV века) представляет палаццо Барбаро (Palazzo Barbara, на дальнем углу следующего канала); оно все еще во владении семьи, у которой в 1870-х гостил Генри Джеймс. Дом описан в его романе «Крылья голубки» и снят в одноименном фильме. Литературные ассоциации продолжает (сразу после короткой набережной) крошечный домик Казетта-делле-Розе (Casetta delle Rose) с садом: здесь во время Первой мировой войны жил поэт Габриэле Д'Аннунцио — анархист, кокаинист и патриот, сделавший из своей жизни произведение искусства. Отсюда он отправлялся на летные вылазки (в 1918 году Д'Аннунцио лично бомбил Вену пропагандистскими листовками) и здесь же предавался страсти с Элеонорой Дузе, которая была готова отдать на его художественные проекты все свои звездные гонорары.
Следующий дом — один из самых больших и самых удачных дворцов на Большом канале, палаццо Корнер-делла-Ка-Гранде (Palazzo Corner della Ca'Grande, ныне префектура полиции). Владелец в 1530-е годы заказал дом приезжей архитектурной звезде — Сансовино.
Это очень смелая для своего времени постройка (семья Гримани аналогичный дизайн отвергла): в модном римском стиле, с рустованным нижним этажом и огромным внутренним двором. Сто двадцать лет спустя Лонгена в Ка-Пезаро и Ка-Реццонико ориентировался именно на этот пример.
После остановки Giglio начинаются роскошные отели. Среди них отыщите (напротив остановки Salute) узенький фасад с балконными решетками в виде колеса. Это палаццо Контарини-Фазан (Palazzo Contarini Fasan) середины xv века, известное как «дом Дездемоны» — только потому, что оно такое хрупкое, прелестное и полузадушенное соседними зданиями. На самом деле дворец так мал, потому что стоит на месте сторожевой башни, к которой в Средние века была привязана цепь, преграждавшая вход в Большой канал.
Дальше вы минуете ресторан отеля Europa, где в 1839 году обедал историк Михаил Погодин («Стол незавиден. Вид на море прелестный», — честно записал он в дневнике), и ресторан отеля Bauer с чем-то вроде статуи Свободы, где в 1891 году столовался Чехов (квартира и еда стоили шесть рублей в неделю, чему он не переставал радоваться). Еще одна гостиница с рестораном была в последнем большом дворце перед пьяццей — палаццо Джустиниан (Palazzo Giustinian); в нем останавливались Верди и Пруст, а теперь здесь штаб-квартира биеннале. Дягилев однажды подплыл к одному из этих ресторанов на гондоле и, перемахнув через парапет, к возмущению чистой публики увлек за собой завтракать и красавца гондольера.
ОТ ПЬЯЦЦАЛЕ РОМА К САН-МАРКО: ПРАВЫЙ БЕРЕГ
Отплывая от пьяццале Рома, вы окажетесь в эпицентре бурных погрузочно-разгрузочных операций; рядом чалят полицейские катера, вы сжаты баржами и сомнительными отелями для командированных. Но вот уже перед вами церковь Сан-Симеоне-Пикколо с зеленым куполом, дальше вереница маленьких палаццо, постепенно красоты налаживаются, так что здание напротив остановки San Marcuola — древнее по виду Фондако-деи-Турки (Fondaco dei Turchi, Турецкое подворье) с аркадой и зубцами наверху — даже может показаться вам подлинной Венецией. Увы, это реставрация, как ее понимали в XIX веке: здание XII века подчистую снесено и выстроено из новых материалов без малейшего чувства детали, равно как и вины. Турецкие купцы жили в городе всегда, несмотря на войны с Оттоманской империей (на время военных действий их интернировали в особом здании, чтобы защитить от погромов). Сюда турок переселили в 1620-е годы. Теперь здесь Музей естественной истории. Следующая постройка, зубчатая и украшенная львом, — настоящий XIV век; это Зернохранилище (Deposito del Megio), важнейшая институция для республики, о жителях которой хронисты древности удивленно сообщали, что сами они «не сеют и не жнут». Крепостной характер здания и отсутствие портала на воде говорят о том, что это был неприкосновенный запас (четыре раза за всю историю республики государство пекло хлеб из этой муки и продавало его по демпинговым ценам, спасая население от голода). Соседнее здание — палаццо Беллони-Батталья (Palazzo Belloni Battaglia, 1650) с двумя высокими обелисками (они означают, что дом строился для адмирала) и эффектными разорванными фронтонами: архитектура явно исполнена великой рукой — скорее всего, это Бальдассаре Лонгена.